Игра не для слабонервных

Театр «Колесо» порадовал своих

поклонников премьерой спектакля

«Кавказская рулетка» Виктора Мережко

 Тема спектакля оказалась не менее горячей, нежели нынешний июль. В «Кавказской рулетке» говорится о людях, чья жизнь покалечена чеченской войной. Нам, быть может, и дела не было б до внутриполитических проблем северного соседа, однако Мережко свою пьесу написал в жанре психологического триллера, разбавив нелицеприятный разговор на сложные темы гражданской войны комическими репликами железнодорожного проводника по кличке Пластырь. Повязанный по рукам, ногам и прочим членам основным инстинктом проводник, который в исполнении Станислава Колокольникова воспринимается как мужская ипостась Верки Сердючки, веселит зрителя своими сентенциями, суть которых сводится к наиболее примитивной житейской философии: ешь, пей, наслаждайся всяческими способами, даже если твои поиски удовольствий приносят кому-то боль и страдания.

Что касается двух других персонажей пьесы, то они, хоть и окрашены в трагические тона, однако возвышенной философией и, соответственно, изящной речью тоже не отличаются. Более сдержанна в эмоциях и выражениях Мария (Елена Кривда), мать раненого солдата, находящегося в плену у боевиков. Анна же (Мария Груничева), этого солдатика подстрелившая, как и надлежит снайперу, проведшему много месяцев на войне, по-мужски груба и в выражениях неразборчива. «Пошел вон», «козлина» и прочая экспрессивная лексика употребляется этой девятнадцатилетней киллершей, дабы выразить всю степень своего отчаяния и презрения к миру.

Впрочем, ей зритель отсутствие изящества в манерах и речи прощает, когда узнает, чем она, собственно, занималась на Кавказе. За хорошую плату русская девушка Анна убивала русских же солдат (какие уж тут манеры!?). И вот теперь, сломившись под грузом нахлынувших чувств (руки пахнут кровью, дома с матерью остался годовалый сынишка, рожденный от одного из главарей боевиков), героиня решила сбежать домой. Вернуть ее в горы на место «работы» (или же убить) должна Мария, которой за такую услугу пообещали отдать раненного плененного сына.

Автор лихо закрутил сюжет, благодаря чему зритель пребывает в постоянном напряжении. Впрочем, к середине спектакля, когда вся коллизия, наконец, проясняется, начинаешь понимать, что даже покаявшейся перед матерью чуть было не убитого ею девятнадцатилетнего парня девушке нет места под солнцем. Она застрелилась в тамбуре вагона, перед этим выбросив из окна мчащегося поезда пятнадцать тысяч зеленых, заработанных на смерти своих соотечественников. Чем, судя по финалу спектакля, искупила свою вину. Ибо не только дала шанс Марии забрать своего сына из плена. Не нашедшая в себе мужества жить, героиня заставила усомниться в правильности выбранного жизненного пути проводника: развратничающий балбес не только рыдает по наложившей на себя руки девушке, которую час назад хотел изнасиловать и ограбить, но даже приносит Марии стодолларовую купюру, влетевшую в окно его купе.

Виктор Мережко и Ирина Клищевская, его пьесу поставившая, попытались убедить зрителя, что Добро, Правда в конце концов восторжествуют. Идея торжества Добра над злом сама по себе замечательна и, главное, небезосновательна. Только принять ее зрителю будет непросто, поскольку в «Колесе» сыграли не интеллектуальный спектакль, дающий пищу разуму, а мелодраму, в которой вместо мыслей и глубоких эмоций властвуют женские истерики и мужская пошлость. То есть, те чувства, которые сегодня преобладают в нашей повседневной жизни.

Денис ДАРКИВ

 

 

Источник:

"ВиП" (версия для печати) №29(122) 19–25 ...



повернутись назад

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить